надпись

1
1
1

Связь:

тел. 8 922 2322164
тел. 8(351) 2114745

e-mail: kalpidy@yandex.ru

Новости:

В разделе Портфолио опубликован дизайн-проект 2-комнатной квартиры, переделанной в 3-комнатную (ЖК «Александровский»)



Получение наследства: шаг за шагом



В разделе Портфолио опубликованы фрагменты дизайн-проекта особняка в закрытом поселке под Челябинском

перейти
В разделе Портфолио опубликован дизайн-проект квартиры на Алом Поле площадью 75 кв.м.



В разделе Портфолио опубликован дизайн-проект квартиры на ул. Лесопарковая площадью 98 кв.м.


В разделе Портфолио опубликован дизайн-проект особняка площадью 420 кв.м.

 

Особняк на озере Увельды

Особняк на АЗМ

Фото и открытки Старого Челябинска

Акварели Ю.Данилова

 

 

 

 

 

 

 


Несколько лет назад редакция одного, прости господи, глянцевого журнала попросила меня написать что-нибудь о себе. Писать свою биографию мне показалось скучным. Я нашла в компьютере черновики, оставшиеся с того времени, когда я вела цикл радиопередач о дизайне на челябинском радио, кое-что добавила, и у меня вышло небольшое эссе. Правда, к дизайну оно имело касательное отношение. Тем лучше, – подумала я. Мне даже захотелось написать книгу под названием – «Дизайнеры нежности». Книгу закончить пока не удалось. Не хватает времени и, наверное, таланта. Но когда я в СМИ публиковала эти свои записки (которые веду по сей день) всегда приходили заинтересованные отклики. Это и побудило меня опубликовать здесь небольшие фрагменты своей неоконченной книги. Очень надеюсь, что делаю это не зря.

Фрагменты из книги Веры Кальпиди

«Дизайнеры нежности»

Архитектура – это фигура города. А дизайн – его мимика. Так кажется на первый взгляд. На самом же деле убожество любой архитектуры – очевидно. Архитектура не может быть уютной по определению. Она демонстративна и обладает несомненным пороком – целесообразностью. Люди не живут в своем городе. Они его видят. А живут они в своих квартирах. Чувствуете разницу?

Глядя на архитектурную беспомощность любого города, думается, что выход из этого один – это дать возможность работать как можно большему количеству архитекторов. Неважно – каких: плохих или хороших, важно, чтобы их было очень много. Тогда тотальная эклектичность неизбежно породит стиль. В 21 веке этот стиль восторжествует безусловно. И еще: необходимо подавить пренебрежение к окраинам. Город должен строится от окраины к центру. Это принципиально. Не беда, что периметр окраины нельзя определить точно. С каждым новым витком развития города будет определяться новый периметр окраины. Таким образом, стиль застройки по принципу концентрические колец уничтожит понятие окраины как таковое. Что это даст? Может быть самое главное – непредсказуемость.

Убеждена, что массовый прорыв к жизни наступит в Челябинске в тот момент, когда люди задумаются о дизайне и архитектуре помоек. Это, так сказать, будет первый звонок. Нам не должно быть стыдно за отходы нашей жизнедеятельности. Пока нам будет за них стыдно – нам будет стыдно за всё, что мы делаем.

Дизайн-информация и дезинформация по большому счету понятия однокоренные. Дом человека – это более или менее (скорей всего – менее) удачная попытка оградить себя от враждебности и агрессивности внешнего мира. «Украшательство» дома изнутри – способ забыть, что дом –  попросту крепость, потому что в крепости жить, согласитесь, не очень-то уютно. Таким образом, дизайн – всего лишь сброшенная человеком самому себе деза, что жизнь не опасна, а уютна. Уют – это отнюдь не красота. Дизайн – это не «сделайте мне красиво!». Дизайн – это «сделайте мне незаметно, что мир собирается меня уничтожить!» Уют похож на очень гуманную форму «куриной слепоты». В окружении уюта ты не замечаешь/не видишь, что «на тебя нацелен сумрак ночи...» И красота тут ни причем. Когда мы не понимаем, что такое уют, мы неизбежно скатываемся к красоте. Но не красота спасет мир. Это мир нужно спасти от узости красоты.

Мой муж, склонный порой к велеречивости, сказал недавно: «Смерть – это правила безопасности при переходе дороги под названием Вечность». Я никогда не возражаю своему мужу, потому что не возражать дорогому тебе человеку – главный принцип дизайна счастливой семьи. Я хочу сказать, что дому, в котором не живет, как минимум, уважение, дизайн не нужен вообще. И не только дизайн. Где нет уважение – нет ничего.

Настоящий дом не любит гостей, он любит только хозяев. Гостеприимство похоже на капитуляцию вашего дома как идеи. Нужно попытаться сделать эту капитуляцию наиболее достойной. Я говорю о гостевых комнатах. Уют им противопоказан. Не в наших традициях предлагать гостю жену/мужа. Так почему же мы должны отдавать ему свой уют. Гостю достаточно предложить сдержанность, покой и чистоту.

По квартире должны бегать дети и домашние животные – это природа дома. Только в таком случае ему необходим «ландшафт», который и создает дизайнер.

У дома есть интимные уголки. Они должны быть светлыми и просторными. Я говорю не о спальне, а о ванной и туалетной комнатах. Ведь интимность – это 99% человека. Сидя на унитазе, мы иногда мечтаем о самом главном, принимая душ, мы можем задуматься о вечном... Выводы сделайте сами.

Как-то законченному холостяку, я предложила сделать в его большой квартире еще и детскую комнату. Он посмотрел на меня как на ненормальную, но потом согласился. Нет-нет, в результате он отнюдь не женился, не завел детей. Но спустя примерно год, как квартира была закончена, он позвонил мне и попросил съездить с ним и выбрать новые обои для детской, потому что «старые не очень ему нравятся». Понимаете, он вечерами, заходит в детскую и наверняка задерживается в ней. Печалится он или просто думает, я не знаю. Но в эти мгновения он – живет. Наверняка его внутренний мир увеличился на несуществующий в принципе фрагмент. А значит называть этот фрагмент «в принципе несуществующим» уже нельзя.

Люди чаще всего «делают ремонт», а не «строят себе дом». Но это – пока. Скоро мы все будем жить лучше и свободней. Может быть, не все и не скоро, но будем. Возможно, мечты и не должны сбываться, но мечтающий – это уже сбывшийся человек.

Я люблю Дж. Р.Р. Толкина. Очень. И не могу сказать, почему. И не хочу сказать, почему. Обожаю Набокова за его великодушие к мелочам. А Сведенборг научил меня постепенности всматривания в небеса. В квартирах, которые я делаю, нет неба. Там есть потолки. Я хочу сказать, что у дизайна по сравнению с природой есть «потолок». И у меня есть потолок. Деликатность мастера состоит в том, чтобы не прыгать выше своего потолка. Мастер – не художник, не творец. Мастер несет покой. А художник –  тревогу. Я хочу быть мастером, а не художником. Последним мне мешает стать чувство меры и нежность. И это просто здорово.

Я уважаю труд, и ненавижу работу. Труд может быть периодическим, а не постоянным. Когда труд становится постоянной работой, он умирает. И тогда появляются неудачи. У меня были неудачи. Это обидно, но неизбежно. И этого нельзя исправить. Вообще ничего нельзя исправить, кроме самого себя.

Никто не должен навязывать самого себя другому человеку. Но именно этим я и занимаюсь. В некоторой степени, конечно. Но что это меняет? Общество – это и есть навязывание друг друга друг другу. Есть ли цивилизованные способы навязывание? То есть, существует ли цивилизованное общество? Думаю, что нет. Ибо любое навязывание – уже варварство. Мы растворяем себя в своем труде и предлагаем этот раствор окружающим. И пока мы не стали ангелами, это раствор будет небезопасен при любом раскладе.

У меня много знакомых. Большей частью приятных. Много со-трудников. Но совсем нет друзей. Мне кажется, что если человек очень нуждается в ком-то еще, то это первый признак, что сам себе он неинтересен. Это не плохо и не хорошо. Просто это – так! Мы прячем в чужое присутствие свою пустоту. Значит дружба – это терапия и болезнь одновременно.

Я женщина, и все мои работы – эротичны. Но «в материале» выполняют их главным образом мужчины. Они всё огрубляют. Совершают ошибки, а потом их исправляют. И я гляжу на «исправленный» мужчинами свой женский замысел и думаю, что сермяжная правда в таком раскладе есть. Об этом стоило бы поговорить подробнее, но что-то не хочется.

Долго думала о возрасте тех квартир, которые оформляла. Все они как бы не имели его. То есть они, хочешь, не хочешь, производили впечатление «новых и современных». «Современный» всегда означает – нечто, не имеющее личного возраста. В определенные моменты – это маленькая духовная катастрофа. А ведь люди входят в свои новые квартиры уже со своим прошлым. И в моих ли силах хоть как-то внедрить это «прошлое» через интерьер? Думаю, у меня нет такой возможности. Пока нет... А ведь личное прошлое всегда защищает нас от пустоты, которое мы по неразумению, наверное, называем будущее.

Многие мои коллеги пытаются выдать комфорт за уют, позабыв, что комфорт просто удобен, а уют – нежен.

Все люди умеют любить. И это – удача. Но только тот, кто любит любить – счастлив. Мне в жизни многое хотелось понять. И многое хотело понять меня. Но, по-моему, ничего из всего этого не вышло. Вот я смотрю на город Челябинск. Да, думаю, передо мной действительно город, то есть то место, куда собираются люди, чтобы сообща стать одинокими. И что? Логика требует довести любую мысль до конца. Но у самой жизни нет логики. Жизнь похожа на девочку-второгодницу, которая из принципа не учит домашнее задание, которое мы ей задаем. Карта мира всегда падает перед ней «рубашкой» вверх.

Смысл пережитого в том, что его никак нельзя пережить. Ничего нельзя забыть и ни с чем нельзя расстаться. Никто из нас, сегодняшних, не забудет коврик на стенке в бабушкиной квартире, розовый или бордовый абажур над круглым столом, за которым сидит дед и читает газету, маленькую радость числом в четыре ириски «кис-кис», книжку «Бобик в гостях у Барбоса», и таинственные вензеля на бледных бумажных обоях, которые расплываются в детских засыпающих глазах. Я нарисовала более полусотни квартир. Возможно, нарисую еще сотню. Но мне никогда не нарисовать тот покой и ту радость, потому что тот самый покой и та самая радость давным-давно уже нарисовали меня...

Смотреть на окружающее глазами дизайнера – занятие для сумасшедших. Я хочу сказать, что быть всегда профессионалом – дело безнадежное. Профессионализм – это цивилизованная пауза, необходимая для того, чтобы набраться сил для обычного человеческого удивления.
Дизайн – это в своем роде исправления неряшливости ландшафта. В этом смысле дизайн, конечно же, насилие. Дизайн может сделать нечто красивым и удобным. Но прекрасным он ничего сделать не может. Потому что прекрасное – это и есть комбинация «неряшливостей» природы, в том числе и человеческой.

ПОЛИТИКА
Политическая деятельность ­– это не профессия, а диагноз. И не просто диагноз, а тот, после постановки которого, вызывают родителей пациента. Крупный политик входит в пространство, где при любом раскладе он будет действовать либо как идиот, либо как подлец, либо как кентавр первых двух определений. Нобелевскую премию мира вручают тем политикам, чья профессиональная патология, выражаясь врачебным языком, пока еще операбельна. Политикам люди доверили свою некомпетентность, безнравственность и истерию.
Власть любит свой народ только в профиль. В фас народ должен любить себя сам. Сейчас власть не монолитна, как в прежние времена, и по ее трещинам может двигаться свобода маленького человека. Власть, безусловно, наш враг. Наша задача состоит в том, чтобы сделать его не смертельным. 

СЕКС
Секс – это когда партнёры наслаждаются друг другом. Эрос – это когда каждый наслаждается наслаждением другого. Насколько подобная разница принципиальна? Решайте сами. В моменты настоящей близости любовники неуязвимы. В эти моменты они мертвы для смерти, т.е. абсолютно живы. Не бессмертны, а именно – абсолютно живы. Любовь – пространство не терпящее инородных элементов. Нельзя ее заселять амбициями, целесообразностью, даже нежностью, мне кажется, ее не стоит переунаваживать. Любовь ничего не решает в этом мире, кроме того – счастливы вы или нет. Если любовь оставила вас, то держитесь хотя бы за секс обеими руками (ногами, зубами...). Он полирует кровь, сглаживает разочарование. Он похож на слепца, который пользует свою слепоту как зрение, а значит уже не совсем слеп.

ДЕНЬГИ
Деньги пахнут интенсивностью нашего желания их получить. Свобода и Деньги делают погоду в мире. Деньги, как вампиры, не отражаются в зеркале Свободы, но это не значит, что их нет рядом. Мне нравятся деньги своим почти бесшумным умением отвлекать хаос мира на себя. Таким образом, пока я подкармливаю этот хаос разноцветными купюрами, он оставляет меня в покое, занятый бумажным пищеварением. С деньгами лучше всего прощаться. И пусть у всех это прощание будет долгим. Фраза «пустить деньги в дело» – бессмысленна. В дело мы пускаем самих себя, а деньги в это время хохочут над тем, как они нас провели.

ПРОВИНЦИАЛКА
Я провинциалка до мозга костей. До сладкого мозга сахарных костей. Мне нравится в самой себе комплекс провинциальной неполноценности. То есть я хочу сказать, что я постоянно ощущаю свою неполноту. Другими словами: надо мной всегда есть небо, края которого достичь почему-то совсем не хочется. Я намного меньше жизни, в которой живу. И это рождает иногда настоящий восторг. Я была бы не против дружить с провинциальным Челябинском. Я бы хотела, наверное, хронически заболеть им, но вопрос: хочет ли Челябинск заразить меня собой?
У нас очень большая страна. Физически мы ее совсем не знаем. Не зная страны, ее нельзя любить. Ею можно только гордиться. Если ты не гордишься своей страной, значит, родины у тебя нет, а есть просто место, где ты смог родится и имеешь право умереть, что тоже, согласитесь, немало.

ДИЗАЙН
Дизайн – это не оригинальность интерьерных решений. И вообще – это не оригинальность. Смысл любого переустройства – линия. Точнее, характер линии. Или еще точнее – ее покладистость в отношениях с человеком. Изящная линия нужна изящному человеку. Но люди по сути очень разные. Очень. Если взять одного человека и вычесть из него другого, появится формулировка. Так вот, дизайн совсем не формула, а ее отсутствие. Быть вдохновенно навязчивым – вот смысл любого интерьера. Интерьер квартиры дышит своими хозяевами. Глубина вдоха и выдоха зависит от обоих. В первом случае я могу как-то влиять, во втором – уже нет. Я всегда мечтала создать такую квартиру, где было бы (только не удивляйтесь!) приятно умереть. И где бы было нестрашно родиться. Только это мне никогда не удавалось. Возможно, это и хорошо...

ЛИДЕРСТВО
Настоящие лидеры всегда бегут позади народа. Они всей своей жизнью предупреждают, а не направляют. Обычно тот, кто не может решить ни одну из своих личных проблем, сразу же начинает спасать Россию. Если нелады с женой, то обязательно необходимо искоренять коррупцию. Несварение желудка обязывает обсуждать национальный вопрос...
Большинство лидеров очень хочет любви тех, кого они, в сущности, презирают, т.е. – народа. Из этого не стоит делать радикальных выводов. Просто именно так обстоят дела. Окружающий мир предназначен только для того, чтобы мы к нему привыкли. Удивить нас может только наш внутренний мир. А удивление – это скорость любви. Иногда это настолько сверхзвуковая скорость, что любовь остается позади. И тогда появляется на свет – художник. Самое, может быть, опасное существо, после человека с ружьем.
Фраза «Духовный лидер» – безумна. Ибо дух не лидирует, а воскрешает. Неужели это так трудно понять?

Всё в мире встанет на свои места, если мы будем не оценивать,
а
ценить друг друга

 

вернуться на «Главную»

 

 

 

 

 
   

телефон: 8 922 2322164 тел./факс: 8 (351) 211 47 45

e-mail: kalpidy@yandex.ru